«Колесо познаний» - Психолог

aprel7

Ответ:

Здравствуйте, Андрей!

Всю литературу по людям с нарушениями зрения Вы можете просмотреть, обратившись в Российскую Государственную Библиотеку для слепых в г. Москве или в любую библиотеку для слепых Вашего города.

С уважением, Алексей Любимов

Тифлопедагог, Инструктор по ориентированию и мобильности

Дрёмина Елена Яковлевна

Ответ:

Елена Яковлевна, здравствуйте!
Литература по теме "изотерапия в работе со слабовидящими" мне не известна. Вы можете посмотреть дидактическое пособие Л.И. Плаксина "Развитие зрительного восприятия у детей с нарушением зрения в процессе предметного рисования", Москва - 1991.
Литературу по тифлопедагогике и тифлопсихологии можно найти в тифлобиблиографическом отделе библиотеке для слепых и слабовидящих Вашего города.

С уважением, Алексей Любимов.

Психолог

Ответ: Уважаемый психолог"

"Я устроилась психологом в школу месяц назад, до меня здесь никто не работал. Я 2 года работала в социальной защите психологом для инвалидов и пенсионеров. Обучаюсь заочно на 4 курсе, опыта мало. Подскажите пожалуйста, какие методики лучше проводить с младшими классами и какие с выпускниками?"
А чему Вы учитесь там, где на четвёртом курсе заочно? Разве не "методикам"? Отдаёте ли Вы себе отчёт, что пр~осите в коротком ответе преподать Вам целый ВУЗовский курс, - то, чему обучаются пять лет? И после пяти лет приходят в школу такими же беспомощными, как и Вы...
А что ж Вы нашего брата, инвалида, покинули? (Я сам инвалид с детства.) С детьми проще показалось? Не наоборот ли?
Чтобы работать с людьми - в качестве ли психолога, или в иной должности, - надо быть не только (и не столько) "специалистом по душе", сколько иметь эту самую душу. То есть быть душевным человеком. Остальное приложится, в том числе "методики".
У меня другого выхода не было: все существующие "методики" не рассчитаны на отсутствие у "специалиста" зрения и слуха. Вот и пришлось надеяться с самого начала не на "методики", а на взаимное доверие между мной и ребятами - а его никакие "методики" завоевать не помогут. И прежде всего, не надо стесняться учиться, обнаруживать незнание чего-то. Десятки лет любви к детям, дружбы с детьми привели меня к выводу: главные методисты - сами дети. То есть
методики они всегда подскажут - как именно их лучше учить тому или иному.
Будьте внимательны к тому, как им лучше, удобнее, и Вы приобретёте ценнейший опыт, какого не дадут Вам никакие готовые "методики".
Ищите не "методики", а проблемы. Наблюдайте за ребятами на переменках, на уроках, беседуйте с педагогами, с родителями, заведите дневник - всё, что Вы знаете о каждом ученике. И думайте, чем Вы можете ему помочь, а не какой методикой заморочить ему голову. Тогда и методики к месту будут, ибо они ценны не сами по себе, а именно в качестве способов помощи людям. Пока Вы не знаете, в какой именно помощи нуждаюстя ребята, Вы не сможете применить ни одну "методику" из сколь угодно богатого армсенала. В лучшем случае Вас будут воспринимать как фокусника. Зная же проблемы ребят, Вы сумеете сообразить, может ли в решении этих проблем помочь та или иная готовая "методика", или же надо что-то совершенно новое, индивидуальное, - ведь работа с людьми всегда творческая.
В любом случае, надо идти от людей к методикам, от их трудностенй - к способам преодоления этих трудностей, готовым или тут же на ходу изобретаемым (подсказываемым жизнью) способам.
Желаю успеха.
С уважением, Суворов Александр Васильевич, доктор психологических наук

Алексей 35 лет

Ответ:

Алексей, здравствуйте!

В вопросе где и как познакомиться нет стандартов и шаблонов.

Серьёзные и длительные отношения, если они возникают между двумя людьми, не зависят от места их знакомства, будь то реальность или виртуальность, а зависят от симпатии, интереса друг к другу и т.д.

Я могу лишь перечислить те сайты и форумы, где общаются люди с нарушением зрения, но гарантировать, что именно там Вы найдёте для себя то что ищете не могу.

Посмотрите перечень рассылок и дискуссионных листов, подпишитесь, пообщайтесь.

Зарегистрируйтесь и посетите текстовый чат "Tiflocomp".

Посетите портал disability.ru

Посмотрите в поисковиках yandex и google форумы и сайты знакомств.

Посещайте вечера, концерты и другие праздники, проходящие в вашем городе.

С уважением, Алексей Любимов.

Ева

Ответ:

Здравствуйте, коллега!

Из Вашего вопроса можно понять, что, с одной стороны, Вас обвиняют в
завышенной личной самооценке, а, с другой стороны, на самом-то деле Вы в
себе не ахти как уверены, стоит проблема избавления от множества комплексов,
проблема зависимости от чужих оценок и неуверенности в том, когда Вы на
самом деле действуете или говорите правильно, а когда нет.

Поскольку Вы не подписались, я назвал Вас "коллегой", имея в виду, что мы
товарищи по несчастью: меня тоже много ругали за завышенную самооценку, а я
на самом деле и до сих пор, на пятьдесят пятом году жизни, весьма
чувствителен к чужим мнениям и всегда готов пересмотреть свои слова и дела в
сторону их "неправильности". Во всяком случае, готов обсудить, насколько они
"правильны"... От чьих-то мнений могу отмахнуться, а от чьих-то - и рад бы,
да себе дороже...

Инвалидность эту подростковую неуверенность усугубляет, может сделать, как в
моём случае, пожизненной. А другим чудится, что наша личная самооценка
завышена, потому что мы шарахаемся из крайности в крайность, и самозащиты
ради пытаемся делать вид, что ни в чём не сомневаемся. В итоге подставляемся
под всё более беспощадные удары по самолюбию. Те, которые страдают от наших
шараханий, не очень-то склонны входить в такие "подробности", что если нам и
случается "задирать нос", то уж никак не от хорошей жизни... Однако ходить с
постоянно опущенным носом тоже не след.

Хрен редьки не слаще; завышенная самооценка не лучше заниженной. Всё, что
слишком - плохо. Хороша только мера. Да поди обрети её...

"Горе от ума" Грибоедова помните? Там Чацкий пытается понять Молчалина - что
за достоинства нашла в нём Софья? - и на заявление Молчалина:
В мои лета не должно сметь
Своё суждение иметь, -
иронически спрашивает:
Зачем же так секретно?

А ведь Молчалин уверен в своей правоте. Он уверен, что ему нельзя иметь о
себе, да и ни о чём, своего мнения, и поскольку и придерживает его при
себе, - мол, у меня есть и собственное мнение, но я с ним не согласен,
потому что не совпадает с мнением начальства, - поскольку Молчалин ведёт
себя соответственно этому своему убеждению, то и мнение его о себе высокое.
Он считает, что действует так, как и следует.

Когда нас ругают за завышенную самооценку, нас на самом деле часто ругают
вовсе не за неё, не за то, что мы - непробиваемые зазнайки, а всего лишь за
то, что мы... НЕ СЛУШАЕМСЯ. Нам "добра желают" и ТРЕБУЮТ, чтобы мы вели себя
так-то и так-то, - как, по мнению наших "благодетелей", всего правильнее, -
а мы смеем отвергать добрый совет и поступать как бы то ни было иначе. Не
слушаемся!

На это я лично выработал такую позицию: слушать-то я готов кого угодно, а
вот слушаться - не обязан. Слушаться предпочитаю прежде всего собственной
совести, нет авторитета выше. То есть я всегда был сторонником Чацкого, а не
Молчалина, и именно смел иметь о себе собственное суждение. А нету - так
вырабатывать. Прислушиваясь к суждениям других, но вовсе не обязательно
слушаясь этих суждений, следуя им. Соглашаться или не соглашаться, слушаться
или не слушаться, принимать или не принимать к исполнению чьи бы то ни было
советы, рекомендации, - словом, СВОБОДА САМОСТОЯТЕЛЬНО РЕШАТЬ, - это наше
святое право.

Но тогда надо принимать на себя и ответственность за свободу решать. За свою
самостоятельность. И прежде всего не настаивать на своей правоте всегда, во
всех случаях, без единого исключения. Такая претензия быть всегда правым -
это уже и есть не мнение, а самомнение, не высокая, но адекватная
самооценка, а завышенная.

Перед нами всегда есть выбор. Когда нам говорят нечто нелестное, мы можем
обидеться - и это самое лёгкое; можем задуматься, в самом ли деле всё так
плохо; можем, задумавшись, либо согласиться с нелицеприятным высказыванием,
либо не согласиться, полностью или частично. Да и обидеться можно
по-разному. Легче всего обидеться, не вникая, насколько собеседник прав или
неправ, а просто потому, что нас критиковать посмели. То есть обидеться на
сам факт критики, а не на её содержание, в которое и вникать не стали. А
можно обидеться именно на содержание критики, на её несправедливость; будь
она справедлива, мы бы её с благодарностью приняли, и тем бы критика
обезоружили. Но мы спокойно проанализировали критику, пришли к выводу, что
она несправедлива или не совсем справедлива, и, за кем угодно признавая
право себя критиковать, отреагировали именно на содержание критики, а не на
сам её факт.

Такое поведение предполагает умение быть САМОКРИТИЧНЫМ. Умение не копаться в
своих обидах, вполне возможно - мнимых, а именно анализировать свои мыли,
дела и слова. И отвечать за них. Сразу и решительно признавать ошибку, едва
она осознана.

Чёрт ногу сломит в чужих мнениях о Вас, всех не переслушаешь и, тем более,
не переслушаешься. И не стоит в панике бросаться проверять каждое дошедшее
до Вас мнение о Вас, насколько оно "правильное". Если исходит от значимых
для Вас людей - прислушаться и призадуматься не грех. После иных
высказываний можно просто по-собачьи встряхнуться, как после нежданного
холодного душа... И посмеяться над этакой нелепицей.

Главное же - надо иметь собственные критерии, что правильно, что
неправильно, и постоянно следить за собой, изучать себя, насколько мы этим
собственным критериям соответствуем. Надо уметь и смеяться над собой,
относиться к самому себе со спокойным юмором, не злиться, влипнув в смешное
положение.

Итак:

1. постоянная работа по уточнению, конкретизации личных критериев, что так,
что не так - работа над системой убеждений, в конечном счёте - над
мировоззрением;

2. самокритика: насколько Вам удаётся следовать собственным этическим
нормам;

3. юмор: прежде всего - умение смеяться над собой.

Что касается чужих мнений, то, с одной стороны, на каждый чих не
наздравствуешься, а с другой - никак не всё равно, кто именно чихнул, и
насколько метко, в бровь или в глаз...

Простите, если рассуждения получились чересчур общие. И знаю по опыту, как
нелегко вырабатывать мировоззрение, сохраняя постоянную готовность к его
сколь угодно глубокой проверке и перепроверке; как часто изменяет
самокритичность и чувство юмора... Однако если не хотите излишне зависеть от
чужих мнений - опираться надо на себя, на свою выстраданную систему
ценностей, то есть прежде всего стараться быть и оставаться самим собой. И
создать своего рода фильтр для чужих оценок: какие можно проигнорировать, а
какие - себе дороже...

Но до чего же мучительно, вновь и вновь проверяя свои решения, убеждаться,
что ничего другого решить было нельзя, - и всё равно терзаться, например,
из-за их жёсткости, тем более - жестокости... И терзаться непониманием
окружающих, особенно уважаемых, значимых, близких, - их непониманием, что
никакого более мягкого решения в данной ситуации просто не было...

Твардовский:
Я знаю, никакой моей вины
В том, что другие не пришли с войны,
В том, что они, кто младше, кто моложе,
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь,
Речь не о том, но всё же, всё же, всё же...

Я не мог решить мягче, ко всеобщему удовольствию и облегчению; любое другое
моё решение было бы хуже и чревато гораздо горшими последствиями; уверен в
этом, сколько ни проверяю себя - убеждаюсь в этом, - но всё же, всё же, всё
же!

Если и пока Вы способны на это мучительное, но и спасительное "всё же",
спасающее в Вас человечность, возможность поступать человечно, насколько
позволяют суровые обстоятельства, - если Вы на это "всё же" способны, - Ваша
самооценка в общем и целом адекватна. Не завышена и не занижена. Колеблется,
конечно, однако в пределах этической нормы. Держитесь!

Ибо нет ничего более трудного, чем быть и оставаться человеком, то есть
человечным, особенно в бесчеловечных условиях, когда бесчеловечны с Вами
самими. Всегда и во всех случаях - не получится. Не настолько ещё этически
благоустроен мир. Человечный выбор приходится делать заново каждый раз,
подчас это неимоверно трудно, но именно Вы, и никто за Вас, должны решать,
как в данной ситуации, здесь и сейчас, поступить всего человечнее. И тогда
Вы всегда сможете судить, насколько правилен Ваш выбор. И ничьи мнения с
толку Вас не собьют, как бы ни было мучительно подчас выбирать...

Отвечая Вам, я пытался отвечать на тот же вопрос и себе - в который уже раз?..

С уважением, Александр Суворов. 6 января 2008.

Tubus

Ответ:

Здравствуйте, Тимур!

"как разговаривать с родителями"
Прежде всего, думаю, не читать им никаких "лекций", не спешить "просвещать".

Примерно так:
Как мы представляем себе будущее Вашего ребёнка? Не принесём ли будущее
Вашего ребёнка в жертву попыткам лечить и вылечить его болезни - лечить и
вылечить во что бы то ни стало? Не принесём ли в жертву будущее ребёнка,
откладывая решение всех его проблем, кроме медицинских, и прежде всего
решение школьных проблем, на "потом" - на после выздоровления? А если не
выздоровеет, и время для обучения будет упущено?

Чего мы боимся, не желая оформлять инвалидность?
Моя мама, например, боялась, что мой младший брат - инвалид с детства
третьей (теперь уже второй) группы в связи с дебильностью, - никуда не
сможет устроиться на работу из-за инвалидности. Чтобы он хоть где-то работал
и зарабатывал себе на жизнь, маму угораздило нарочно "потерять" его
документы об инвалидности с детства, между тем как в трудовой книжке
соответствующая запись была всё равно. Инвалидность брат потерял, и после
смерти мамы нам с сестрой пришлось её восстанавливать, но теперь уже не с
детства, а по факту обращения, с ежегодным переосвидетельствованием, а так
была бы с детства - пожизненная. Только лишняя морока.

С родителями надо жёстко, без умолчаний о сколь угодно горькой правде,
анализировать ситуацию, и особенно перспективы - учебные и трудовые. Акцент
не на внимание специалистов, мизерные льготы, пенсионные копейки и т.п., а
на то, что инвалидность (её оформление) поможет адекватной самооценке,
адекватной форме обучения (разработка индивидуальной программы
реабилитации), адекватному - посильному - трудоустройству, причём
перспективность этого трудоустройства напрямую зависит от образовательного
ценза, который должен быть максимально высоким. И поэтому образованием ни в
коем случае нельзя жертвовать ради мало или вовсе бесперспективного лечения.
Пусть лечат, конечно, в надежде на "вдруг", но это "вдруг" ни в коем случае
не должно мешать учёбе.

Чтобы учёба была максимально эффективной, надо исходить из того, что есть, а
именно из той конкретной ситуации, которая возникает в связи с
инвалидностью, фактическим ограничением возможностей здоровья. Ни в коем
случае нельзя жертвовать последним здоровьем ребёнка ради идола
"интеграции" - обучения в обычной школе, "на общих основаниях". Наблюдение,
сопровождение, контроль со стороны специалистов - коррекционных педагогов
прежде всего, а не только врачей, - должно быть обязательно, где бы ребёнок
ни учился, хотя бы и в массовой школе.

Строить разговор, думаю, лучше так, чтобы родители постепенно ко всем этим
выводам пришли как бы сами, а не получали их готовенькими из Ваших уст.
Поэтому - совместный анализ, совместная рефлексия, наводящие вопросы, вплоть
до беспощадных формулировок, обнажающих родительское тщеславие, фальшь и
абсурдность их позиции: настаивая на том, чтобы ребёнок был "как все", хотя
он всё равно не "как все", потому что болен, - не принесём ли

в жертву своему тщеславию и будущее, и настоящее своего ребёнка? Не надо
бояться называть вещи своими именами: тщеславие - тщеславием, предрассудки -
предрассудками, иллюзии - иллюзиями. Но не обвинять, а спрашивать. Называть
вещи своими именами - вопросительно: не думаете ли Вы, не приходит ли Вам в
голову, не кажется ли Вам вот это противоречивым, фальшивым?.. Уверены ли Вы
в своей правоте - и далее можно эту правоту "подать" в нарочито
парадоксальной, антиномичной формулировке.

Вы тем самым выясните, насколько возможно, чего собственно, конкретно,
боятся родители, какие-такие у них фобии; заставите их самих эти страхи
сформулировать, а тем самым и осознать то, чего они боялись, не хотели
додумать до конца; вообще вынудите их с беспощадной ясностью осознать
ситуацию, прежде всего, все последствия допускаемого неразумия (а то и
безумия!), и вынудите их постепенно прийти, в результате такого жёсткого
психоанализа, к правильным выводам.

Если ребёнок в достаточно сознательном возрасте, подобный жёсткий
психоанализ нужно проводить и с ним тоже, но не с целью запугать недобротой
мира, а с целью дать представление о том, что есть, и тут же формировать
установку на дружбу, а не антагонизм с окружающими людьми - на сознательную
организацию их поддержки. В моих работах эта поддержка называется
"антиэкстремальной коалицией".

"Почему, если есть возможность оформить инвалидность, они этого не хотят
делать".
Вот и спросите их самих. Пусть попробуют объяснить это внятно Вам - а тем
самым, главное, самим себе. Спрашивая, выверните их подсознание наизнанку,
так, чтобы неприглядную эту изнанку они вынуждены были "понюхать" - и
нанюхавшись, донюхались бы до верных, хоть и не очень приятных, выводов. Не
обвиняйте, не уличайте их в неадекватности, но остро, до антиномичности, до
абсурда, сформулированными вопросами, вынудите их эту неадекватность
осознать.

При этом Вы им сочувствуете. Вы - за них, и прежде всего за их ребёнка. Весь
беспощадный психоанализ - в интересах ребёнка, и этим оправдана его
беспощадная трезвость и ясность. Беспощадная конкретность.

Поставьте их своими вопросами на распутье: как в сказках: НАПРАВО - НАЛЕВО -
ПРЯМО - ПОЙДЁШЬ, - ТО-ТО НАЙДЁШЬ... Если мы примем такое-то и такое-то
решение, то в итоге получим то-то и то-то... Вот и давайте подумаем,
постараемся не промахнуться, выбирая...

Своё поле выбора нужно создавать и для ребёнка. Полезно не только
предугадывать в результате бесстрашного анализа реалий, но и планировать
будущее. Родителям надо помочь в предугадывании - предвидении. Ребёнку - в
планировании будущего. Это его будущее, ему и планировать, а родители,
правильно сориентировавшись благодаря предугадыванию и предвидению, такое
планирование поддержат, - вряд ли у них останется другой выбор, кроме
поддержки планов их чада...

Особо настаивать на реалистичности этих планов, во всяком случае поначалу,
не стоит. Не надо мешать ребёнку мечтать, особенно маленькому. Неважно, что
мечты его нереальны, - постепенно их нереальность он поймёт сам, а тыкать
его носом в эту нереальность, фантастичность нельзя, велик риск поломать
личностный стержень, волю к планированию своего будущего. Пусть мечтает -
фантазирует - о чём угодно, пока маленький; дойдёт до реализации - всё
должно само, безболезненно, скорректироваться реалиями. При этом максимально
высокий уровень притязаний сохранится, но, при всей своей высоте, он будет
адекватным. Фантастически, ошеломляюще адекватным. Фантастически,
ошеломляюще, потому что при высоком уровне притязаний и учёте реалий ребёнок
сможет то, что окружающим может казаться невозможным для него. Он сможет
спланировать и реализовать своё будущее, максимально приближаясь к
воплощению своей мечты. Не комплексуя при этом из-за инвалидности, а трезво
её учитывая.

"Ведь квалифицированные консультации и медицинская помощь помогает".
Чему?
Правильному выбору стратегии личностной реабилитации?
Сохранению и укреплению остаточного здоровья?
Одно, конечно, другому не помеха, но поставим вопрос по-детски - ЧТО
ГЛАВНЕЕ?

Лично мой ответ - мой выбор: главнее - личностная реабилитация, в конце
концов - самореабилитация. Поддерживать и укреплять остаточное здоровье
очень важно, однако это не должно быть самоцелью. Такова, кстати, нормальная
 позиция нормальных врачей: их лозунг - прибавлять не годы к жизни, а жизнь
к годам; в нашем случае это значит: сохранять и укреплять остаточное
здоровье имеет смысл ради личностной самореабилитации, ради личностной
полноценности вопреки любому "ограничению возможностей здоровья"; здоровье
ради здоровья - бесперспективно, а значит, бессмысленно. Танцевать надо от
печки, и печка - перспективы личностной самореабилитации, самореализации,
полноценности; от личности запросто пританцуешь к заботе об остаточном
здоровье, а от здоровья как самоцели к личности пританцевать сложновато,
если вообще возможно; первый танец - от души к телу, а танец от тела к душе
я плохо себе представляю, вопреки поговорке "в здоровом теле - здоровый
дух". Нет, сначала - здоровый дух: здоровые отношения с миром, здоровое
отношение к себе как личности и перспективам личностного становления, а уж
тело - настолько здоровое с учётом стартовых возможностей, насколько этого
сочтёт нужным и сумеет добиться здоровый дух...

Не понимаю и не принимаю лечебного фанатизма: лечиться ради лечения,
укреплять здоровье ради здоровья... Здоровье не самоцель, а инструмент для
достижения более высокой цели, более же высокой цели, чем личностная
полноценность, я себе не представляю.

Спасибо за интереснейший вопрос.
С уважением - Александр Суворов. 5 января 2008.

Андрей

Ответ:

Здравствуйте,  Андрей. Спасибо за вопрос.

  При определённых обстоятельствах суицид (и эвтаназию в том числе) считаю допустимыми. Решение, конечно, должно приниматься абсолютно добровольно. Казалось бы, какой же суицид, если нет момента добровольности? Однако в литературе об эвтаназии читал, что право на смерть иногда превращается в обязанность умереть. Родственники смертельно больного человека принуждают его к эвтаназии на том, например, основании, что кто-то из них приехал на похороны издалека, - зря, что ли, тащился?
  Я серьёзно задумывался (в связи со слепоглухотой) о самоубийстве с марта 1974 года. И сейчас такой конец жизненного пути полностью не исключаю. Но все эти десятилетия меня удерживала любовь и ответственность за любимых. За маму, за названного сына, которого я не готов бросать на произвол его социальной беспомощности.
  Если хотите моим мнением обосновать собственный самовольный уход из жизни,  то это нечестно по отношению ко мне: такие решения лучше принимать, ни с кем  не советуясь - то есть ни с кем не разделяя ответственность за них. Все сто  процентов ответственности должны быть на Вас. Это во-первых.
  Во-вторых, если Вам кого-то жалко оставить жить без Вашей поддержки - воздержитесь.
  В-третьих, смерть - штука необратимая, и стоит убедиться, насколько хватит ясности ума, что какие-либо другие решения исключаются. Тут надо не семь, а семьсот семьдесят семь раз и больше - отмерить, прежде чем резать.
 И в-четвертых, добавлю ещё жёсткую рекомендацию НЕ КАПРИЗНИЧАТЬ, основанную на одном моём стихотворении:
Чёрт, как заманчива ямка,
Что завершит мои дни!
Жизнь моя нынче - лямка.
Хочешь не хочешь - тяни!

Чтобы гордилась мама,
Дети росли добрей, -
Должен я жить упрямо,
Будь и в сто раз тяжелей.

Грустно. Надежды - зыбки.
Будет ли, нет ли - толк?..
Пусть. Проживу - без улыбки.
Жить - не каприз, а долг.
29 ноября 1986

 Это ни в коем случае не насмешка, это просто попытка поделиться опытом с товарищем по несчастью: ведь сначала я этот совет обратил к самому себе.
  Если Вы, Андрей, кого-то любите (хотя бы себя - в творчестве, а лучше других людей), - должны опомниться. Крапивин в "Голубятне на Жёлтой поляне" подчеркнул несколько раз,  что человек жив, пока любит. Чтобы жить, надо любить. Собственная любовь и ответственность за существование любимого существа - самая надёжная, крепкая привязка к жизни. Остальные привязки слабее.

С уважением,

Суворов Александр Васильевич.